Имена. Женские имена. Мужские имена. Значение имен.


Происхождение имени Людмила

Русское

Значение имени Людмила

Милая к людям, милосердная. Из книги П. Флоренского "Имена". Немил я, хоть и мил, А ты, хотя Людмила, Но людям не мила, И им не станешь мила. Может быть это сказано и несколько заостренно, как всякая характеристика, втиснутая в слишком малое место. Но, тем не менее, - это верная характеристика, верное наблюдение, нередкой в ономатологии поляризации имен. Там, где имя очень ясно и бесспорно в своей этимологии, где его этимологическое значение навязывается сознанию и притом имеет характер не символический, а слишком явно тождественный, - там склад личности нередко оказывается в прямом противоречии с этимологическим значением имени. Не то, чтобы между именем и личностью, точнее - между этимологическим значением имени и значением энергетическим его, нельзя было уловить связи вовсе. Напротив, внимательное проникновение в имя и в личность, носящую его, позволяет открыть нити, тянущиеся от имени к личности, позволяет уяснить себе ту первоначальную ткань, которая переродилась в данную личность, и ткань эта явно определяется рассматриваемым именем. И когда это вскроется, то становится ясна символическая отображенность имени данною личностью, этимологическому значению своего имени не только противоречащею, на поверхности, но и утверждающей это значение, слоями своими более глубокими. Тут открывается возможность видеть и понять не только то, что данная личность вопиюще нарушает этимологическое значение своего имени, но и то, что не случайно она носит его, что энергия ее имени действительно в ней действует, хотя и вызывает действие неожиданное, однако, все-таки оно - деятельность этого имени, а не какого-либо другого. Личность, как и вообще всякая конкретность, воплощая умную сущность, являет ее в себе и собою символически, как художественный образ. Когда умная сущность явно далека от возможности рационалистического объединения и упрощения по одному признаку, то художественное воплощение ее в личности не дает разрыва между символом и первообразом - именем. Когда же этот первообраз (хотя и тут неспособный быть рационалистически расплющенным) ближе к плоскости рассудочной и легче допускает насилие над собою, обращающее его из идеи в понятие, тогда личность, воплощающая данное имя, легко может по крикливо навязывающемуся отвлеченному признаку имени, именно по нему, не подчиниться имени и, в ответ на его навязчивое требование - иметь некоторый определенный признак, быть ходячим олицетворением этого признака, - она показывает прямо противоположное, онтологически водит показывать противоположное. Может быть тут она побуждается к этому восстанию на свое имя глубинным целомудрием, которое не дозволяет ей ходить с вывеской на лбу, объявляющей всеми буквами, олицетворением какого отвлеченного признака должна быть эта личность по рассуждению толпы. Но, одеваясь признаком противоположным, в глубине своей личность освещается все-таки этим отрицаемым на поверхности признаком, и свет его просвечивает невнятно сквозь собственное, более поверхностное, отрицание. Нам представляются приторными и выдуманными старинные произведения, где действуют лица с именами, значение которых слишком явно указывает на добродетели и на пороки. Неприятны тут не только, или скорее не столько, чрезвычайность их добродетели или порока, как формальное заявление о тех и других самыми именами: по опыту, запасенному и отложенному в нас веками, но бесспорно присущему нам непосредственному чутью имен, как бы это чутье ни объяснялось, мы не верим этому прямолинейному совпадению отвлеченно-логической вывески с психологическим и нравственным, а тем более - телесным содержанием у личности, и представленный образ, в его цельности с именем, оценивается нами, как невозможный и потому - художественно фальшивый. Lucus a non lucendo - подсознательно это знает каждый и каждый знает из жизненного опыта, что люди с чересчур явно благочестивыми фамилиями - редко бывают благочестивыми. Constantinus - propter inconstantiam. Точно так же, или даже еще более, по особенной ясности этимологии, Людмила, - и в отношении этого имени: . . . . . . хотя Людмила, Но людям не мила И им не станешь мила. Да что тут особенно отцеживать: Людмила - грубиянка и такова не по какой-либо случайности. У нее - сильные порывы, но грубоватые, грубые, - в басовом ключе несколько осипшие. Сбивает с ног всех встречных на пути ее порыва. Но порыв с расчетом - не ей; она грубиянит самому расчету, она ищет бурных столкновений с жизнью и в них не щадит себя. Но это - и не темперамент, не огонь в крови и в душе, который расплавленным потоком стекает в определенную ему вожделенную сторону. Людмила не хочет чего-либо определенного, не добивается этого и вообще сама не знает, чего она хочет, т. е. в смысле содержания: ей нужно не определенное содержание, то или это, а форма бурных столкновений, грубых проявлений. "Ищет бури, как будто в бурях есть покой". Ей тягостна тихая речь, а нужны выкрики. Тепло, уют, довольство ею не только не ищутся, но напротив, отвергаются с негодованием, отбрасываются, отшвыриваются, как нечто презренное и гадкое. Ее облик, в собственном ее воображении, влекущий ее образ себя самое, это - потрясение, потрясение знаменем, флагом, может быть крестом, вообще потрясение чем-либо, довольно безразлично, чем именно. Бушует буря, громыхают марш барабаны и грубые медные трубы, свищут пули, кругом - напряжение страдания и ужаса. А она потрясает чем-то, куда-то ведет, какие-то толпы спасает и к чему-то выводит. Такою она представляет себя в своем расцвете, на вершине своих достижений. Но для нее остается неясным и более или менее безразличным, кого ведет она, куда выводит: важен самый подъем, Бетховенский дух беспредметного восстания, натиск стихий, сметающий все тихое и уютное, хотя ей порою не предлежит какая-либо цель, внутренне оправдывающая эти порывы. Это - полная противоположность эпосу, это - ревущее море звука Бетховенского Эгмонта, захватывающее и подымающее, если безумно отдаться ему, и - пустое кипение в котле с водою, если вспомнить, что слабою мотивировкою всего этого шума служат политические страсти, весьма сомнительные в своей правоте, и вдобавок давно-давно отшумевшие и ушедшие в область эпоса, хотя и довольно мелкого. Вот так именно Людмиле хотелось бы плыть на плоте из бочек и бревен по громоздящимся валам океана, при блеске молний и в роли капитана умирающих от холода и голода несчастных, - непременно несчастных путешественников. Но этот образ, как и другие подобные, для Людмилы - не театральный эффект, не тщеславие и желание удивлять и удивить собою, а подлинное потрясение. "Это - я", - жаждет сказать Людмила, но хочет при этом подлинного потрясения, подлинного подъема, подлинного подвига и эффектом, одним только эффектом, ролью эффектною, никак не удовольствуется. Людмила хочет эффекта, но не аффектации. Это - честная натура, преувеличенная в своей честности, подчеркнутая в ней, грубая в честности. И внутренне, и внешне честная, "такая честная, такая правдивая, что всякому дам в морду, в честности и правдивости не спущу ни миллиметра". Все представляются ей дряблыми, вялыми, фальшивыми. Она признает только героев и склонна в том или другом, время от времени, усматривать идеальный облик героя. Но, как только обнаружится малейшая слабость, мягкость, непрямолинейность признанного героя, как он мгновенно сшибается с пьедестала пинком и обливается презрением - он, обманщик, дряблый и трусливый, негодяй, не лучше всего прочего презренного стада человечишек, подлых и корыстных. Людмила - героическая натура, может быть не столько даже героическая, сколько желающая быть таковою. Она понимает героизм очень элементарно, как и благородство, которое отрицает почти за всем светом и которое в превосходной степени утверждает за собою. Ей даже в голову не придет сомнение, в самом ли деле ее благородство так бесспорно и дает ей право презирать всех окружающих. Когда Бетховен стал на дорожке, чтобы заставить Герцога Веймарского, Гете и свиту обходить его по газону, то вероятно Бетховена осенила та самая, счастливая мысль о своей независимости и своем благородстве, не в пример прислуживающемуся Гете, которая обычно вдохновляет Людмилу. Ей ненавистно довольство, но там, где несчастие и горе, она - на своем месте; там она забывает о жестком осуждении людей и готова на всякую жертву, порывистую и без оглядки. Она делается тут находчивой, предприимчивой, может повести за собой, влить энергию, овладеть положением и - в самом деле вывести. Сестра милосердия, фельдшерица, маркитантка, революционная деятельница - она тут на своем месте. Не отличаясь вообще глубоким умом, чуждая созерцания, она оказывается тут нередко, своим порывом, не знающим оглядки, своею грубостью, не задерживающейся подробностями и оттенками, умнее умных. Она рубит топором, хватается за топор согласно основному своему увлечению к действиям грубым, когда другие, более ее опытные, стали бы применять тонкие, ею презираемые инструменты; и в минуту опасности может оказаться более правой в своей грубости, нежели другие - в их тонкости и осмотрительности. Здесь она ведет, теперь милая людям, да, людям, а не человеку. Она, в героические моменты, мила толпе. Человеку же она не мила, да и не хочет быть милой, и потому грубиянит ему, человеку: слишком мелко, слишком мягко, слишком мало по ее оценке, быть милою отдельным человекам. Заметки из книги П. Флоренского "Имена". Людмила - тип героический. Требования от мужчины (и себя?) высшей доблести, геройства, рыцарства и на почве ненахождения этого героизма или неумения видеть его, искания театрального геройства - неудовлетворенность. "Милая людям" (слав.) Людмила с раннего детства осваивает навыки ведения домашнего хозяйства. Свои обязанности по дому выполняет старательно, любит создавать уютную обстановку. Она старательно ухаживает за куклами, может сама сшить для них одежду. Ей нравится находиться в компании маленьких подружек, налаживать отношения в коллективе между сверстниками. Любимый предмет в школе - домоводство, обладает хорошими музыкальными способностями. Взрослея, Людмила становится более самолюбивой, больше внимания уделяет своей персоне. У нее могут не заладиться отношения с сестрой. Уделяет много времени и сил, чтобы всегда быть на высоте. Людмила может добиться хороших результатов в искусстве и в деятельности, требующей умения находить контакт с людьми. В замужестве Людмила в полной мере проявляет свои способности в ведении домашнего хозяйства. Она замечательно готовит, проявляя в процессе приготовления кушаний изобретательность и своеобразный подход в самых обыкновенных случаях. Умение рукодельничать помогает экономить средства в семейном бюджете. Дети всегда выглядят нарядно. Муж может временами проявлять неудовольствие чрезмерной самостоятельностью Людмилы и по этой причине в отношениях могут возникнуть серьезные осложнения. В случае развода Людмила не падает духом и настойчиво пытается снова выйти замуж. Людмилы с отчествами Николаевна, Владимировна, Александровна, Дмитриевна имеют более тяжелый характер, чем остальные. ИМЕНИНЫ: 29 (16) сентября - мученица Людмила, княгиня Чешская.

Именины: Сентября 16(29)

Нумерология имени Людмила

Число Души: 6.
Обладатели числа имени 6 отличаются спокойствием и здравомыслием. «Шестерки» ценят стабильность, обычаи и традиции. Для них честность и хорошее имя дороже сиюминутных выгод. Они никогда не прибегают к радикальным методам решения проблем, предпочитая либеральный путь. «Шестерки» не отличаются лидерскими качествами, однако являются способными и старательными работниками. Встречаются высокомерные и самодовольные «шестерки», однако для большинства из них главный ориентир в жизни это семья и небольшой круг верных и преданных друзей.

Число скрытого духа: 6

Число тела: 9

Знаки

Планета: Марс.
Стихия: Огонь, тепло-сухо.
Зодиак: Овен, Скорпион.
Цвет: Огненно-красный, кровавый, железистый.
День: Вторник.
Металл: Железо.
Минерал: Магнетит, яшма, аметист, лопарская кровь.
Растения: Чеснок, лук, табак, редька, горчица, крапива, спаржа, вереск, боб, перец жгучий.
Звери: Волк, петух, ворон, гриф, конь, собака.


Имя Людмила как фраза

Л Люди
Ю (ЙУ = У) Ук (Оук, Указ, Указывать, Приказывать)
Д Добро
М Мыслите
И И (Объединение, Соединять, Союз, ЕДИНСТВО, Едино, Воедино, "Вместе с")
Л Люди
А Аз (Я, Мне, Себе, Себя)


Интерпретация значения букв имени Людмила

Л - тонкое восприятие красоты, артистические (художественные) таланты, стремление поделиться знаниями и ощущениями с партнером. Предупреждение своему владельцу не тратить жизнь впустую, найти свое истинное назначение.
Ю - стремление к истине, идеалы всеобщего равенства и братства, способность к самопожертвованию и одновременно к жестоким поступкам, якобы диктующимся высшими соображениями.
Д - размышление, обдумывание перед началом дела, ориентация на семью, готовность помочь, иногда капризность. Часто - способности экстрасенса.
М - заботливая личность, готовность помочь, возможна застенчивость. Одновременно предупреждение владельцу, что он часть природы и не должен поддаваться искушению "тянуть одеяло на себя". Хищнически относясь к природе, владелец этой буквы вредит себе самому.
И - тонкая духовность, чувствительность, доброта, миролюбие. Внешне человек показывает практичность как ширму для сокрытия романтической мягкой натуры.
Л - тонкое восприятие красоты, артистические (художественные) таланты, стремление поделиться знаниями и ощущениями с партнером. Предупреждение своему владельцу не тратить жизнь впустую, найти свое истинное назначение.
А - символ начала и желание что-то начать и осуществить, жажда физического и духовного комфорта.

Поиск имени

Вы можете узнать о других именах, поискав их на нашем сайте:

Можно искать по первым буквам имени, если вы не уверены в правильности написания.

Людмила Вконтакте

Нажмите, если вам нравится имя Людмила:

Вы можете сохранить информацию об имени у себя в заметках:

Оставьте комментарий, насколько подходит описание имени Людмила к вам или вашим знакомым: